Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Содержание

БАБА-ЯГА

(По народным сюжетам. Пересказал А. Афанасьев)

 

Рис. К. КузнецоваРис. К. КузнецоваЖили себе дед да баба. Дед овдовел и женился на другой жене, а от первой жены осталась у него девочка. Злая мачеха её не полюбила, била её и думала, как бы совсем извести. Раз отец уехал куда-то, мачеха и говорит девочке:

— Поди к своей тётке, моей сестре, по­проси у неё иголочку и ниточку — тебе ру­башку сшить.

А тётка эта была Баба-яга, костяная нога.

Вот девочка не была глупа да зашла прежде к своей родной тётке.

— Здравствуй, тётушка!

— Здравствуй, родимая! Зачем пришла?

— Матушка послала к своей сестре по­просить иголочку и ниточку — мне рубашку сшить.

Та её и научает:

— Там тебя, племяннушка, будет берёзка в глаза стегать, ты её ленточкой перевяжи. Там тебе ворота будут скрипеть и хлопать, ты полей им под пяточки маслица. Там те­бя собаки будут рвать, ты им хлебца брось. Там тебе кот будет глаза драть, ты ему вет­чинки дай.

Пошла девочка. Вот идёт, идёт и при­шла. Стоит хата, а в ней сидит Баба-яга, кос­тяная нога и ткёт.

— Здравствуй, тётушка!

— Здравствуй, родимая!

— Меня матушка послала просить у те­бя иголочку и ниточку — мне рубашку сшить.

— Хорошо, садись покуда ткать.

Вот девочка села за кросна. Баба-яга вышла и приказывает своей работнице:

— Ступай истопи баню да вымой племян­ницу, да смотри хорошенько, я хочу ею позавтракать.

Девочка сидит ни жива ни мертва, вся перепуганная, и просит она работницу:

— Родимая моя, ты не столько дрова поджигай, сколько водой заливай, решетом воду носи,— и дала ей платочек.

Баба-яга дожидается. Подошла она к ок­ну и спрашивает:

— Ткёшь ли, племяннушка? Ткёшь ли, ми­лая?

— Тку, тётушка! Тку, милая!

Баба-яга отошла прочь, а девочка дала коту ветчинки и спрашивает: нельзя ли как-нибудь уйти отсюда?

— Вот на столе лежит полотенце да гребешок, — говорит кот, — возьми их и беги-беги поскорее. Будет за тобой гнаться Баба- яга — ты приклони ухо к земле и, как заслы­шишь, что она близко, брось сперва полотенце — сделается широкая река. Если баба-яга переплывёт эту реку и снова станет догонять тебя, ты приклони ухо к земле и, как услышишь, что она близко, брось гре­бешок — станет дремучий-дремучий лес, сквозь него она уже не продерётся!

Девочка взяла полотенце и гребешок и побежала. Собаки хотели её рвать, она бро­сила им хлебца, и они её пропустили. Воро­та хотели захлопнуться, она подлила им под пяточки маслица, и они её пропустили. Берёзка хотела ей глаза выстегать, она её лен­точкой перевязала, и та её пропустила.

А кот сел за кросна и ткёт: не столько наткал, сколько напутал. Баба-яга подошла к окну и спрашивает:

— Ткёшь ли, племяннушка, ткёшь ли, ми­лая?

— Тку, тётка, тку, милая! — отвечает гру­бо кот.

Баба-яга бросилась в хатку, видит, что девочка ушла, и давай кота бить да ругать:

— Ах ты, старый плут, зачем пропустил беглянку? Ты бы у ней глаза выдрал, лицо поцарапал!

— Я тебе сколько служу, — говорит кот, — а ты мне косточки не бросила, а она мне ветчинки дала.

Баба-яга накинулась на собак, на ворота, на берёзку и на работницу; давай всех ру­гать и колотить.

Собаки говорят ей:

— Мы тебе сколько служим, ты нам го­релой корочки не бросила, а она нам хлеб­ца дала.

Ворота говорят:

— Мы тебе сколько служим, ты нам во­дицы под пяточки не подлила, а она нам маслица не пожалела.

Берёзка говорит:

— Я тебе сколько служу, ты меня ниточ­кой не пожаловала, а она меня ленточкой перевязала.

Работница говорит:

— Я тебе сколько служу, ты мне тряпоч­ки не дала, а она мне платочек подарила.

Баба-яга, костяная нога поскорее села в ступу, толкачом погоняет, помелом след заметает и пустилась в погоню за девочкой.

Вот девочка приклонила ухо к земле и слышит, что Баба-яга гонится и уж близко: взяла и бросила полотенце — сделалась река такая широкая, широкая!

Баба-яга приехала к реке и от злости зубами заскрипела, воротилась домой, собрала своих быков и погнала к реке. Быки вы­пили всю реку дочиста. Баба-яга пустилась опять в погоню.

Девочка приклонила ухо к земле и слы­шит, что Баба-яга близко; бросила гребе­шок — сделался лес, такой дремучий да час­тый! Баба-яга стала его грызть, но, сколько ни старалась, не могла прогрызть и вороти­лась назад.

А дед уже приехал домой и спрашивает:

— Где же моя дочка?

Немного погодя и девочка прибежала.

— Где ты была? — спрашивает отец.

— Ах, батюшка, — говорит она, — меня матушка послала к тётке просить иголочку с ниточкой мне рубашку сшить, а тётка, Ба­ба-яга, меня съесть хотела.

— Как же ты ушла, дочка?

— Так и так, — рассказывает девочка.

Дед, как узнал всё это, рассердился на жену и прогнал её из дому, а сам с де­вочкой стал жить-поживать да добра нажи­вать. Я у них был, мёд-пиво пил; по усам текло, да в рот не попало.

Рис. К. КузнецоваРис. К. Кузнецова

 

к содержанию