Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.
>

Н.П. Яночкина

ТОПКА, ХЛОПКА И ТИГРЕЙ

 

Худ. М.ПетровХуд. М.ПетровПоросёнок Топка, поросёнок Хлопка и полосатый ко­тёнок Тигрей — три неразлучных друга.

Топка всё время суетится, роет землю розовым пя­тачком и топочет острыми копытцами по деревянному настилу: «Топ, топ, топ, топ».

Хлопка любит покой: лежит на солнышке тихонько, глаза зажмурит и только ушами хлопает: «Хлоп, хлоп, хлоп»... Это он так мух гоняет.

А котёнок Тигрей настоящий тигрёнок: заберётся на дерево и качается на ветке — выжидает. Только поро­сята к дереву подбегут, станут рядышком, пятачки вверх задерут, удивляются, как это можно так высоко сидеть. А Тигрей прицелится и... прыг сверху на поросячьи спи­ны! И пойдёт у них весёлая игра да возня.

Худ. М.ПетровХуд. М.ПетровУстанут поросята, побегут купаться в большую лужу. Залезут по самые уши, а Тигрей вокруг по сухому бегает:

— М-а-у, какие вы гря-а-зные! Вылезайте сейчас же!

А поросята отвечают:

— Хррошо! Хрррошо! Уф, хрррошо...

Тигрей сядет на травке и давай мыть свою и без того чистую шубку:

— Мурр, мурр, смотрите, как надо умываться языком и лапками!

Топка с Хлопкой на Тигрея никакого внимания. Оби­дится котёнок и убежит к дому. Тогда поросята забеспо­коятся, вылезут и пустятся вдогонку.

— Ах вы, негодники чумазые, вот я вас прутом! — сердится бабушка.

Худ. М.ПетровХуд. М.ПетровОна привычно обмывает, обтирает поросят и даёт им свежей свекольной ботвы. Поросята чистые, и Тигрей больше не сердится. Он сидит на ящике против друзей и смотрит на странную еду. Потом важно подходит и про­бует сочный лист с красными прожилками. «Фу! Невкус­но, наверное?» — думает котёнок и выплёвывает лист на пол.

— Дурачок, что, завидно? На тебе лучше рыбки, — говорит бабушка.

Худ. М.ПетровХуд. М.ПетровПока Тигрей лакомился одной, подбежал Топка — хап! Хруп-хруп — и другой рыбки как не было. Котёнок схва­тил свою рыбку и побежал прятаться за сарай: как бы последнюю не отобрали.

«Эх, жалко, — думает котёнок,— вкусная рыбка... Я у них листья не ел, а они мою рыбку съели. Тоже мне друзья»...

Наелись Топка с Хлопкой, легли рядышком отдыхать на свежую солому. А Тигрей забрался на поросячьи спи­ны, свернулся колечком и тоже уснул.

 

 

МАЛЕНЬКИЙ САДОВНИК

Худ. М.ПетровХуд. М.ПетровВо дворе у Коли гладкий асфальт — хочешь, на вело­сипеде катайся, а хочешь, на подошвах скользи. В квар­тире у Коли блестящий паркет: точь-в-точь как зимой на катке.

Белые сверкающие подоконники, страшно даже паль­цем потрогать, не то что травку какую-нибудь положить...

Зато у дедушки Степана полный дом всяких горшков и горшочков глиняных и бумажных, деревянных ящиков и ящичков с цветами и без цветов, с колючими шарами и зубчатыми зелёными пиками, с коробочками и мешоч­ками семян. А во дворе чудеса, глаза разбегаются: розы, пионы, пёстрые лилии, ромашки — всех оттенков и разме­ров! И на каждый цветок бирки с номерами привешены. А самое главное — можно сколько угодно нюхать, трогать и спрашивать.

—  Дедушка, зачем у тебя эти штуки на нитках приве­шены?

—   А чтобы не перепутать растения разных сортов.

—   А почему пчёлы на «туфельки» не садятся?

—   Хоботок у них короткий, не достанут мёд. Тут шме­ли работают.

—   Дедушка, ты мне семян дашь? — попросил Коля.

—   Тебе на что?

—   Тоже посеять хочу...

—   Как не дать для такого дела. Каких же ты хочешь?

—   Всяких, дедушка, каких можешь.

Коля набил пакетиками карманы.

Целую весну Коля помогал дедушке Степану копать, пересаживать, поливать. Дома знали — раз Коли нет, значит, у дедушки Степана — где ещё ему быть?

Худ. М.ПетровХуд. М.ПетровОднажды летом Коля прибежал домой, будто почётную грамоту получил на состязаниях в беге, и сказал:

—   Папа, а у меня сад есть.

Папа оторвался от газеты:

—   Ну и что? Это дедушкин сад, я его видел.

—   Нет, мой, дедушка про него не знает. Хочешь, покажу?

Папа даже про футбол не стал читать:

—   Любопытно. А ты, случаем, не придумал?

—   Честно, папа, сам увидишь.

—   Что ж, пойдём, если не шутишь.

Коля повёл папу извилистой тропинкой через лощину, привёл в кусты и попросил:

—   Только ты закрой глаза и не подглядывай в щёлочки.

Папа послушался:

—   Что ты, сын, разве я похож на обманщика?

Коля засмеялся и осторожно повёл папу через кусты.

—   Не смотри, не смотри, садись на скамеечку, — Коля похлопал по ней рукой: — Раз, два, три, четыре, пять — можно открывать!

Папа огляделся. На маленькой поляне, среди высоких кустов ольхи, на чёрной рыхлой земле, цвели красные и белые гвоздики, душистый горошек, полевые колоколь­чики и даже росли помидоры. Присел папа на скамеечку для обувания.

—   Папа, только чур, это наша тайна,— попросил Коля.

—  Есть тайна! — обрадовался папа. — Как же ты копал, чем? Где семена взял?

— Траву я повыдергал, а копать совсем не трудно. 

Худ. М.ПетровХуд. М.Петров

Семена дедушка Степан дал. А некоторые растения на лугу с корнями выкопал и пересадил.

Папа поцеловал Колю:

—   Ну, молодец, удивил ты меня.

Коля посмотрел радостно прямо в папины глаза.

—  Теперь ты попросишь маму, чтобы ящики с землёй разрешила?.. Когда снег ляжет?

—   Непременно разрешим.

—   Как у дедушки?

—   Как ты захочешь.

—  Ой, папочка, я тебе большой, пребольшущий лимон к чаю выращу, вот увидишь!

 

 

У КОГО НА ЯЗЫКЕ МОЛОКО?

Алёшина бабушка Вера живёт в деревне Лужки. Места кругом луговые, весёлые, есть где коровам разгуляться. Коров-то Алёша прежде только в кино да на картинках видел, а тут целое стадо — сто или тысяча, разве сосчита­ешь? А Ночка — боевая корова, впереди идёт, всех коров за собой ведёт. Бабушка с Алёшей встречают стадо, и ба­бушка приговаривает:

— Ах ты моя умница, кормилица, набралась ли молочка? Молоко-то, Алёшенька, у коровы на языке.

—   А почему, бабушка?

—  Сам догадайся, додумайся, — отвечает бабушка.— Вот завтра моя очередь пасти, посмотришь.

Встал Алёша вместе с бабушкой рано-рано, с солныш­ком, и стадо выгоняют. Пришли в луга. Стали коровы сочную траву щипать. Алёша вокруг ходит, в рот заглядывает: жуют, а молока не видать. Протянул Ночке кусочек хлебца — она облизала его руку, — язык шерша­вый, большой, только не молочный.

Стали коровы воду пить из речки — бежит ручеёк с морды, а молока опять не видно.

В обед приехала доярка тётя Надя и с ней молоко­возка белая.

Подоили коров, напоили Алёшу парным тёплым молоч­ком — и опять ему ничего непонятно.

Алёша — парень дотошный, сам до всего хочет доко­паться, а тут никак не догадается.

Вечером за ужином только спросить собрался, а тут кошка Ласка прибежала, бабушка ей в миску молочка плеснула.

Глядел, глядел Алёша на кошку — молока всё меньше и меньше становится. Вот половина, вот и дно у мисочки... Глядит Алёша: у Ласки язычок из розового белым стал.

— Бабушка! — закричал Алёша. — Почему ты говорила, что молоко у коровы на языке? Оно же на языке у кошки! Сама посмотри!

А вы, ребята, как думаете?

 

к содержанию